сомненье - сон пустой? Звени, мой верный стих...

Пусть будет снова май, пусть небо вновь синеет.

Раскрыты окна в сад. На кресло, на паркет

широкой полосой янтарный льется свет,

и дивной свежестью весенний воздух веет.

Но чу! Вздыхает парк... Там - радость без конца,

там вольные мечты сулит мне рай зеленый.

Туда, скорей туда! Встречаю у крыльца

старушку мирную с корзинкою плетеной.

Меня приветствуя, лохматый черный пес

визжит, и прыгает, и хлопает ушами...

Вперед! Широкий парк душистыми листами

шумит пленительно. Виляют меж берез

тропинки мшистые; дубовая аллея

пересекает их и, влажно зеленея,

стрелой уходит вдаль; средь трепетных ветвей,

склоненных до земли, вся белая, сияет

скамейка. Ярких мух беспечный рой играет

над спинкой вырезной, и решето лучей

желтеет на песке. Последняя тропинка

окаймлена волной сиреневых кустов.

Я выхожу на луг. Здесь тени облаков

бегут по мураве. Здесь каждая былинка

живет по-своему; таинственно звенит

в прозрачном воздухе жужжанье насекомых.

Вперед! Сквозь белизну молочную черемух

зеленая река застенчиво блестит,

кой-где подернута парчою тонкой тины...

Спешу к тебе, спешу, знакомая река!

Неровный ветерок несет издалека

крик сельских петухов и мерный шум плотины.

Напротив берега я вижу мягкий скат,

на бархатной траве разбросанные бревна,

а дало - частокол, рябин цветущих ряд,

в лучах, над избами, горящий крест церковный

и небо ясное... Как хорошо! Но вот

мой слух певучий скрип уключин различает.

Вот лодка дачная лениво проплывает,

и в лодке девушка одной рукой гребет...

Склоненного плеча прелестно очертанье;

она, рассеянно, речные рвет цветы.